Курган 2. Лесные Боги  - Сергей Байбаков

* * *

С каждым днем дикари все ближе и ближе подходили к границе Альтиды — к вендским лесам. В воздухе уже явственно ощущался запах гари. Его нес закатный ветер. Запах пожарищ не могла сбить даже легкая морось, что стояла последние дни. И вот, хмурым пасмурным утром Велислав пошел к старейшине своего рода — Словуте Хвату.

— Старейший, позволь мне тайно выйти навстречу войску бруктеров.

— Зачем тебе, Велислав? Дикари приближаются и через пару-тройку недель подойдут к окраине леса. Тут их увидишь. Еще налюбуешься… Тут же и сразимся. Вдруг, с тобой что-нибудь случится? Ты знаешь — помощь еще не пришла. Вендским родам будет не хватать тебя, сильного и ловкого воина, охотника — метко бьющего в глаз любому зверю. Ты же знаешь — нас мало. Очень мало…

— Это не пустая просьба, Словута. Еще месяц назад, когда в наших лесах появились первые беженцы, я со вниманием слушал то, что они рассказывали о бруктерах. Уже тогда я засомневался в том, что дикари в самом деле жестокие захватчики. Я так и не выяснил, что их ведет. И вот нынешней ночью, мне было видение. Я не знаю, явь ли это была, или навь… Не отвечу. Перед рассветом я вдруг почувствовал, что меня обдало теплом и любовью. Это не описать, Словута! А потом я увидел ЕЕ. Она такая, как о том говорят наши сказания. Белоснежная, пушистая. Желтые глаза мудры и проницательны. Я молчал, пораженный. Говорила она. У нее чарующий ласковый голос, он до сих пор в моей душе, Словута. — Велислав перевел дыхание: — Ночью ко мне пришла и молвила мне истину наша прародительница — наша праматерь Снежная Рысь! О чем, я не могу тебе сказать. Но она указала мне путь к победе. Скажу лишь одно, я узнал, что войско дикарей нельзя назвать войском! Его можно победить, не пролив нашей крови!

Словута, пристально, в смятении, смотря на молодого охотника, думал: «Видеть прародителей, говорить с ними! Не каждый венд этого удостаивается! Что ж — верно и вправду праматерь хочет, чтобы ее потомки выжили в грядущей бойне… Тут не скажешь — молодо-зелено. Велислав не просто так выслушивал рассказы, не с чужих слов он судит о дикарях. Путь ему указали боги. Но как же так? Какое бы войско не было — оно войско! А бруктеров тьма. Но не буду допытывать — это тайна Велислава… Эх, она ведь тоже со мной говорила, и все точь-в-точь как рассказал Велислав!..»

Вспомнив об этом, он посмотрел на хмурое небо. Когда-то оттуда к нему пришла Прародительница. И тут на миг старейшему показалось, что на сверху на него смотрят большие желтые глаза. Смотрят строго, выжидающе. Будто ждут от него чего-то. Словута глубоко вздохнул. Молодой охотник пришел не просто так. Потом, после всего как закончится эта напасть и если они останутся живы, он поговорит с Велиславом. Расскажет, как и ему в лесу довелось поговорить с прародительницей. Вслух же старейший сказал: — Верю. Знаю. Благословение богов — великая сила. И что тебя смущает, Велислав? Намекни.

— Старейший, во всех рассказах беженцев много неясного. Все они видели бруктеров только издали. И все кто видел, оказались мирными жителями. А у страха глаза велики, ты знаешь. Главное — никто! Понимаешь, Словута, никто вблизи не видел дикарей! Кроме тех ратников что полегли в битве… Средь беженцев мало мужчин, а воинов нет вообще. А ведь ты слышал — ходят упорные слухи, что бруктерами правят вестфолдинги. Они же и ведут дикарей в бой. И построение — клиньями-вепрями, и бой барабана, и гудение рога… Ведь все это повадки викингов. И вот тут мне в голову пришел главный вопрос, на который я так и не могу найти ответа. Бруктеры, с их несметным числом, легко могли бы смять вестфолдингов — сколько бы их не было и какими бы сильными воинами они были. И что же? Почему дикари им подчиняются? Отчего? Что такого делают эти вестфолдинги, чтобы сломить их волю? Вот, что я думаю, Словута. Я уверен, что за этим нашествием стоят викинги.

Глава рода, крутя седой ус, внимательно слушал молодого охотника. Уверенность и задор Велислава убеждали умудренного жизнью венда. И он знал, что слова эти идут не просто так. Они из глубины души, из вещего сна. Это чудное знание дала ему прародительница — Снежная Рысь. Велислав, меж тем, немного остыв и остудив первый пыл, теперь уже спокойно и убежденно продолжал:

— Викинги там есть и тогда возникает важный вопрос. Никто не знает, откуда эти викинги взялись. В землях вестфолдингов о них не слышали. И даже тинг, который все-таки имеет власть, не знает, из какого они фьорда, и какому ярлу подчиняются. Это я выяснил точно.

Словута заинтересованно крякнул. Молодой охотник говорил удивительные вещи.

— Ну-ну, и откуда знаешь? Что выяснил?

— Об это рассказывал борнхольмский ярл. Не так давно его драккары шли в Триград. Якобы на торг. Как и положено — остановились у стен Виннеты. Сошли на берег и против обычая пробыли на нем недолго. И хмельного они не пили. Вернее пили, но немного — не по меркам вестфолдингов. Одно это странно. Ярл собирался спуститься по нашим рекам на полудень, аж да самых границ Альтиды. Я слышал, они обсуждали — какой рекой лучше идти. И о бруктерах вполголоса говорили. Я как раз в корчме сидел, в обратный путь собирался. Видел, что и ярлу и его дружине не по себе. А ведь викингов не напугаешь: для них смерть в бою — это честь. Но и ярл, и его люди были потрясены. Мне показось — они бегут безоглядно. Куда подальше — хоть на край земли. Вестфолдинги что-то знают, но молчат. И даже странно, что бруктеры на полуночь, в Вестфолд не пошли.

Глава рода, недолго поразмыслив, принял решение.

— Да, ты прав. Никто, ничего толком не знает. Один пойдешь? Когда?

Велислав чему-то улыбнулся.

— Вечером. Я хорошо вижу в темноте, не впервой в ночь на охоту выходить. С другом пойду, с Прозором из рода Лосей. Мой одногодок. Уж он-то зрячий! Ты слышал о его даре? Прозор во тьме, как при солнце видит. На ночной тропе нет охотников ему равных! Не зря его так прозвали. Сильный, а уж ловкий! Я порой думаю, не из Лосей он, а из нашего рода. Добычу скрадывает так, что она не пискнет. И на бера ходил несколько раз. Справный охотник. Помяни мое слово, старейший! Пройдут годы, и великая слава по всей Альтиде о нем пойдет! Я это знаю!.. А действовать мы будем так. Для начала скрытно подойдем и посмотрим на воинство бруктеров ночью. Если удастся — то днем. Разнюхаем все, что возможно. Думаю, в дневном дозоре выберем место, заляжем неподалеку от их стана и переждем. Ну да нам не впервой ждать. На матерого зверя идти — в засаде сидеть. Иначе добычи не будет. Как только выясним все толком — вернемся.

— Хорошо, Велислав. Идите… Идите, и возвращайтесь! Мы вас ждем с вестями.

Ближе к вечеру, Велислав и его друг, богатырь Прозор, легким, бесшумным шагом охотников направились в стороны дымного заката…

Из дозора молодые разведчики вернулись через неделю. Уставшие, лица в разводах грязи. Пахло от вендов так, что лошадь встретившегося на пути альтидского воина запряла ушами, шарахнулась в сторону и тонко заржала. Наверно учуяла запах схожий с вонью лесного хозяина — бера. Но это был запах дикарей. Едкий, жгучий. Венды, казалось, насквозь пропитались им. Да и немудрено — Велиславу и Прозору досталось. Но лица парней сияли. Им удалось кое-что разузнать, и кое-что добыть.